Меню

Помни, мир спасенный…

4 апреля 2012 в 13:00 Просмотров: 6

…На рассвете 22 июня 1941 года, в один из самых длинных дней в году, Германия начала войну против Советского Союза. В 3 часа 30 минут части Красной Армии были атакованы немецкими войсками на всем протяжении границы. Три мощные группы германских армий двинулись на восток. На севере фельдмаршал Лееб направлял удар своих войск через Прибалтику на Ленинград. На юге фельдмаршал Рунштедт нацеливал свои войска на Киев. Но самая сильная группировка войск противника развертывала свои операции в середине этого огромного фронта, там, где, начинаясь у пограничного города Бреста, широкая лента асфальтированного шоссе уходит в восточном направлении – через столицу Белоруссии Минск, через древний русский город Смоленск, через Вязьму и Можайск к сердцу нашей Родины – Москве.

…Начальный период войны закончился для Советского Союза тяжелым исходом. Его вооруженные силы понесли большие потери, главным образом в боевой технике, особенно в авиации и танках. На первый взгляд, все шло по плану, разработанному в гитлеровской ставке. Берлинская печать уже трубила победу, твердя, что Красная Армия уничтожена и в самое ближайшее время немецкие дивизии вступят в Москву. Но в эти же самые дни войны проявилось нечто вовсе не предусмотренное планами гитлеровского командования. Итоги первых боев и сражений, несмотря на успехи фашистских войск, невольно заставляли задумываться наиболее дальновидных германских генералов и офицеров. Война на Востоке оказалась совсем непохожей на войну на Западе. Противник здесь был иным, и его поведение опрокидывало все привычные представления немецких военачальников и их солдат.

 Это странное и необъяснимое упорство советских людей поражало и тревожило многих немецких полководцев.

(Из книги «Великая Отечественная война»)

 

…2008 год. Начало весны. Ведется реконструкция автодороги Минск-Витебск. Данная трасса является магистральной, но один ее участок узок для потока машин. Кроме того, один из перекрестков указанной трассы с автодорогой Логойск-Калачи аварийноопасный. И потому было принято решение о расширении здесь трассы со строительством разъездного моста. Тут важно оговориться: на данном участке дорогу с обеих сторон «зажимают» два внушительных холма. Ведение реконструкции дороги невозможно без снятия хотя бы одного из них.

9 апреля. В тот день рабочие, разравнивая место для будущей дороги, ножом бульдозера зацепили ящик с боеприпасами. Позже на поверхности оказались и человеческие останки. Работы на данном участке тут же были приостановлены, вызваны саперы, сотрудники прокуратуры и райвоенкомата.

«По предварительным данным можно предположить, - рассказывал тогда журналистам военный комиссар Логойского района подполковник Р. Харлап, – что это - трое советских солдат. Скорее всего, они держали оборону при наступлении немецко-фашистских войск еще в 1941 году».

Эту версию подтверждали и найденные личные вещи военнослужащих: три котелка и столько же фляжек, кружки, зубные щетки, бритва-опаска и перочинный ножик. А еще – фрагменты шинели, обувь – ботинки с обмотками, какие носили красноармейцы начала Великой Отечественной, много других не менее интересных вещей, среди которых и элементы оружия. Но самую большую ценность представляли две эбонитовые капсулы, в каждую из которых должен был быть вложен листок с личными данными хозяина-солдата.

Буквально на следующий день на месте находки развернул свою деятельность расчет второй рекогносцировочной группы 52-го отдельного специализированного батальона. Вместе с солдатами и их командиром на раскопках был занят военный археолог А. Каркотко.

В этот день небо разродилось проливным дождем. Буквально под потоком воды работали молодые люди. «Должен быть еще один медальон, - упрямо твердил археолог, - должен быть!».

Радости и счастью поисковиков не было предела, когда руки одного из военнослужащего в глине нащупали твердый предмет. Это была третья эбонитовая капсула.

Когда были завершены земляные работы, и капсулы отправлены на экспертизу в 80-ю центральную военную судебно-медицинскую лабораторию, А. Каркотко, изучив горы документов исторических, восстановил картину гибели солдат, чьи останки были найдены при снятии холма.

 

…1941 год. Июнь. Жители Логойска жили тревожными вестями. Где-то числа 28-29-го в городок вошли отступающие советские войска. Это был 288-й стрелковый полк 64-й стрелковой дивизии, которая в эти дни мужественно сражалась в боях под Минском. К утру 29 июня бои за Минск завершились. Части дивизии отходили на восток и занимали оборонительные рубежи. У 288-го и 30-го стрелковых полков связи с дивизией не было более двух суток.

30 июня состоялся бой за Логойск. Именно на тех холмах, о которых говорилось вначале – вернее, и на тех холмах в том числе, – красноармейцы держали оборону.

Трое молодых солдат – пулеметный расчет с пулеметом «Максим» - залегли на самом, казалось, выгодном месте – их взору представал широкий обзор дороги, по которой, как думали, и пойдет немец. Окопались. Но вражеская техника показалась оттуда, откуда ее не ждали – с объездной дороги Логойск - Калачи. Красноармейцы быстро развернули пулемет в нужную сторону, но старенький «Максим» их подвел – первый же патрон заклинило в стволе. Ребята не растерялись: быстро разобрали орудие с целью извлечь застрявший патрон. В этот момент рядом разорвался снаряд, и их накрыло взрывной волной.

Расчет не успел сделать даже одного выстрела…

 

…Начало мая 2008 года. Из лаборатории приходят результаты экспертизы. Сотрудниками в специальных условиях были вскрыты все три капсулы. Оказалось, что оборону Логойска в составе пулеметного расчета держали двое смоленских ребят – уроженцы Кардымовского района сержант Евгений Михайлович Ивашков (1915 г. р.) и красноармеец Василий Константинович Волосенков (1912 г. р.), а также уроженец д. Васильково Егорьевского района Московской области младший сержант Сергей Андреевич Суров, предположительно 1914 года рождения. Все они в военкоматах призыва значились как пропавшие без вести.

Полученные данные позволили районным властям Логойщины перезахоронить останки героев на братском кладбище города не как безымянных солдат, а с именами на обелисках.

 

…С мая 2008 г. велся поиск родственников трех погибших под Логойском военнослужащих. Были отправлены десятки запросов в различные инстанции, имена погибших выложены на сайтах телепрограммы «Жди меня» и поисковом «Дорогами войны». И только ближе к осени удалось получить некоторые результаты.

Нам стало известно, что у Евгения Ивашкова, когда он призывался на службу, была жена Анна и две дочери – 2-летняя Рая и 1,5-месячная Евгения. К сожалению, на момент нашей встречи не было в живых уже ни Анны Константиновны, ни Раи. А вот Евгения Ивашкова (Никитина) с сыном Александром и племянницей Риммой посетили могилу отца и деда в ноябре 2008 г.

У Василия Волосенкова нашлись двоюродные брат и сестра Петр и Надежда Снопковы. Была у Василия Константиновича жена Фекла и дочь, которую мы сейчас активно разыскиваем.

Надеемся, что найдутся родственники и Сергея Сурова – уроженца д. Васильково тогда еще Бобковского сельсовета Егорьевского района Московской области. В графе близкие родственники вкладыша медальона у Сергея Андреевича значится только фамилия «Суровы».

(Из очерка Ирины Станкевич, гл. редактор РГУ «Голос Логойщины» и исторических архивов Великой Отечественной войны)

 

…Декабрь 2011 года. Редакция журнала «Егорьевское утро» получает письмо из Беларуси от Ирины Аркадьевны Станкевич, главного редактора радиовещательного государственного учреждения «Голос Логойщины», г. Логойск Минской области. Ирина Аркадьевна просит коллег помочь в розыске родственников погибшего при обороне г. Логойска и захороненного в братской могиле на белорусской земле бывшего жителя Егорьевского района Сергея Андреевича Сурова.

Запросы направляются главе сельского поселения Раменское Егорьевского района Б.Б. Орлову (в состав поселения входит д. Васильково) и в отдел военного комиссариата Московской области по г. Егорьевск и Егорьевскому району.

В конце января 2012 года приходит ответ из сельского поселения Раменское, где сообщается, что найден племянник С.А. Сурова – Капустин Сергей Сергеевич, 1937 г.р., проживающий в д. Васильково и являющийся на данный момент пенсионером. Чуть позже аналогичная информация поступает и из военного комиссариата. Военкомат также сообщает, что мл. сержант Суров С.А. был мобилизован Егорьевским РВК в 1939 г.

Март 2012 г. По заданию редакции мы едем в д. Васильково. Путь не ближний – до деревни порядка 30-35 км по шоссе (в сторону с. Лелечи) плюс 500-600 м по проселочной дороге. (Знающие люди говорят, что сюда и летом-то не больно проедешь, а уж зимой, да тем более нынешней, снежной…) С риском застрять в снежной подушке надолго (дорогу прочищали трактором, но, скорее всего, где-то за неделю до нашего путешествия; вытаскивать же нас, в случае чего, было бы некому) мы все же добираемся до Васильково; по обозначенным ориентирам (до нас у С.С. Капустина побывала председатель совета ветеранов Раменского сельсовета В.Я. Белоусова – чтобы договориться о встрече с журналистами) на самом краю деревни находим небольшой домишко Сергея Сергеевича Капустина. Нас встречает заливистый лай двух собачек (дворняги, но ужасно симпатичные), которым подтявкивают два толстеньких черных щеночка-колобочка. Следом из дома появляется сам хозяин. Он отгоняет свою «охрану» и гостеприимно пропускает нас во двор, а затем в дом. Дом «двухсекционный»: первой «секции», деревянной, наверное, лет под 100; вторая «секция» кирпичная, но тоже уже не новостройка. Топят только в кирпичной, где и живут Сергей Сергеевич со своей супругой. Там и состоялась наша беседа.

Оказалось, что по поводу дяди Сережи (С.А. Сурова) к Капустиным года два назад уже приезжал кто-то из местных журналистов (какая-то женщина, сказал Сергей Сергеевич). Она все порасспросила, забрала фото Сергея Андреевича и уехала. А фото так и не вернула. Так что теперь в семейном альбоме Капустиных фотографии С.А. Сурова больше нет. Убедительная просьба к той женщине из неизвестной нам редакции вернуть родственникам фото героя войны.

Сам Сергей Сергеевич своего тезку, дядю Сережу, не помнит – мальцом еще был в ту пору, когда дядьку в Красную Армию призвали. Знает о нем по рассказам матери, Клавдии Андреевны (1908 г.р.), и тетки, Александры Андреевны (1912 г.р.). Обе уже умерли. Семья Суровых не местная, не егорьевская. Дед и бабка С.С. Капустина (отец и мать С.А. Сурова) переехали в д. Васильково из Москвы, спасаясь от революционных событий 1917-го года (семья жила где-то на Таганке). Дед Андрей был коммунистом, работал в редакции одной из московских газет. В то время у них уже было четверо детей – два сына — Михаил, 1910 г.р. и Сергей, и две дочери.

Купили дом в Васильково (так что с возрастом деревянной «секции» дома я почти угадала). Бабушка с 1918 г. жила в деревне постоянно, а дед наездами - то в Москве, то здесь. Бабушка не работала, занималась детьми и хозяйством. Умерли оба еще до войны 1941 г., похоронены на местном кладбище.

Дядя Сережа (С.А. Суров) по окончании школы поступил в Рязанский педагогический институт, а затем учительствовал в Раменковской сельской школе. Семьей он не обзавелся – говорят, был очень скромным парнем. Дядя Миша же (а он, как выяснилось, тоже ушел на фронт и тоже пропал без вести) женился, и в 1938 г. у него родился сын Аркадий. По рассказам Сергея Сергеевича, дядьки ушли на фронт где-то в сентябре 1941-го и оба вскоре пропали без вести. Но те скромные материалы, которые нам удалось собрать, показывают, что Сергей Андреевич Суров был мобилизован в 1939 г. (данные отдела военного комиссариата), а Михаил Андреевич Суров призван Егорьевским РВК 23.07.1941 г. (база данных сайта «Мемориал»), воинское звание - рядовой.

Дальнейшую судьбу С.А. Сурова благодаря случайности и стараниям белорусских поисковиков мы теперь знаем. О судьбе М.А. Сурова в 1946 г. (база данных сайта «Мемориал») пыталась узнать его жена Алимпиада Тимофеевна, посылавшая запрос в Управление по учету погибшего и пропавшего без вести рядового и сержантского состава. В сохранившейся архивной справке значится, что письменная связь семьи с М.А. Суровым прекратилась 10 ноября 1942 г. (вероятно, это дата получения последнего письма с фронта). Где в это время воевал Михаил Анатольевич, его жена не знала. Справка заканчивалась фразой: «Пропал без вести в январе 1943 г.». Всё.

Мы поинтересовались у С.С. Капустина, как сложилась судьба семьи М.А. Сурова, его мамы и тети Шуры – в плане, остались ли еще родственники у погибших на фронте Михаила и Сергея Суровых. Сергей Сергеевич сказал, что и жена дяди Миши, и его сын умерли. Семьи и детей у Аркадия Михайловича не было. Тетя Шура вышла замуж и уехала жить в Коломну. У них было трое детей, из которых на сегодняшний день остался в живых один сын – Виктор Константинович Сержаков, который живет в Коломне.

Мама С.С. Капустина вышла замуж за вдовца с тремя детьми (мальчики), потом на свет появилось еще три мальчугана – Валентин, Юрий и Сергей. Отец С.С. Капустина вначале был председателем Бобковского сельсовета, а затем – председателем колхоза в Лелечах. Он был крепким мужиком, любил заниматься спортом. Это и сыграло с ним роковую роль: в 1940 г. он делал упражнения на перекладине, сорвался, сильно ушибся и умер по дороге в больницу. Так что всю войну шестерых сыновей мама С.С. Капустина тянула одна.

«Жизнь у нас была хорошая, - вспоминает Сергей Сергеевич, - хоть сейчас многие и ругают советское время. Нас мать одна шестерых вырастила, четверым сыновьям дала высшее образование, один брат закончил радиотехнический техникум в Москве. Один – Николай, был штукатуром, но он по достатку жил лучше нас, образованных».

Двое сводных братьев Сергея Сергеевича уже умерли, один – Николай Сергеевич Капустин, живет в Москве. Родные братья С.С. Капустина живы. По окончании институтов Валентин Сергеевич уехал в Москву, а Юрий Сергеевич – в Дмитров.

Сам Сергей Сергеевич по воле случая (так просила мама) остался работать на родной земле. Вначале работал главным бухгалтером в совхозе «Россия», а по окончании Тимирязевской академии – директором совхоза «Егорьевский», затем – зам. директора совхоза «Борьба». У Сергея Сергеевича две дочери.

По лету нынешнего года оставшиеся в живых родственники С.А. Сурова планируют съездить на его могилу в Беларусь. Отвезут туда горсть родной егорьевской земли. Нам кажется, что учащиеся и педагоги Раменской школы могли бы попробовать возобновить поиски М.А. Сурова – сейчас для этого появилось немало возможностей. Знать больше о земляках - участниках Великой Отечественной войны – дело правильное. Мир спасенный, каким бы он сегодня ни был, должен помнить «Сережку с Малой Бронной и Витьку с Моховой…».

Подготовила Е. Кашаева

Егорьевское утро